Счастье любит тишину


Просмотров: 0
 197 


kompozitor430@yandex.ru1
14.09.2016 19:33

Не так давно, месяца четыре назад, молодой пенсионер, Юрий Григорьевич Задеринога, как положено по жилищному сертификату, при увольнении в запас, приобрёл в многоэтажном жилом доме однокомнатную квартирку на улице им. Мичурина. Он уже месяц прожил на этой жилплощади всё собираясь, вот-вот приступить к ремонту, да что-то то и дело мешало ему в этом. То одна причина возникала, то другая, то поездка к родственникам на дальний восток, то обычная нехватка денег, но вот наконец-то час Х настал, и сегодня субботним днём он решил-таки приступить к запланированному ремонту основательно. Проснувшись раненько, он сбегал на рынок приобрёл там пару баночек шпатлёвки, мешочек гипсовой смеси, а на обратном пути у самого подъезда дома столкнулся нос к носу со своей симпатичной соседкой по имени Нина и разговорился с ней так - ни о чём.

- Добрый день, Ниночка!

- Здравствуйте, Юрий Григорьевич!

- Куда это вы в такой ранний час?

- Да я вообще пташка ранняя, - засмеялась женщина.

- Ясно, - разулыбался он, - а я ремонт затеялся сделать…

- Что сами?

- Сам, а с кем же? Я сам всегда всё делаю.

- Какой вы молодец. Ну и правильно, чего ещё на рабочих тратиться, да?

- Да. Было б, к примеру брежневское время, тогда я понимаю, можно б нанять бригаду, а сейчас тебя обдерут как липку, да и сделают всё сикось-накось…

- И чего вы один живёте вот не пойму? Такой видный мужчина пропадает, рукодельник и один. Аномалия какая-то просто.

- Спутницы достойной нет Ниночка, - засмеялся деланно он, - вот такая как вы мне раньше не встретилась а жаль…

- А сейчас что же, поздно?– отшутилась женщина.

- Нет, не поздно. Просто вы теперь скажете, что я уже старый стал, седой почти и т.д.

- Откуда ж это вы можете знать, что я скажу интересно?

- Есть надежда у меня разве?!

- …

Решено, всё! Вот закончу ремонт, и приду к вам делать официальное предложение.

- Приходите, - хитро сощурив глазки, толи в шутку толи в серьёз ответила Нина.

- За отказом, да? Хи-хи…

- Не знаю, не знаю, - снова засмеялась она, - ну, ладно надо идти, а то я тороплюсь, поговорим ещё успеем. Пойду.

- Заходите ко мне в гости на обратном пути, посмотрите, где я живу, я дверь закрывать не буду, - предложил он, - может чего подскажете мне, как сделать.

- Зайду, зайду обязательно.

- Ага, хорошо вот и договорились, - ответил Задеринога, и они разошлись по своим делам.

Вернувшись к себе в дом Юрий Григорьевич, на скорую руку сгондобил из пяти яиц глазунью и напялив на себя рабочие джинсы и майку, начал сдирать со стен старые обои вознамерившись прошпаклевать все до единой трещинки и подравнять насколько возможно осыпавшуюся штукатурку. Его комната в этом доме была угловой и уличная стена, по словам предыдущих жильцов в весенний период, и, особенно по осени часто мокла, отклеивались и желтели от воды шпалеры, а потом, уже зимой влажная стена вообще промерзала до серебристого цвета. Само здание принадлежало ещё к послевоенному поколению, его строили пленные немцы, удобная планировка внутри квартир радовала своей продуманностью, но вот потолки оставляли желать лучшего, потому, что были явно низковаты, и при его почти двухметровом росте, он то и дело задевал головой о висевшую лампочку. Итак, заравнивая на стенах проблемные места, Юрий Григорьевич зацепил шпателем за что-то твёрдое и остановился в задумчивости. На ровной поверхности стены заметно выделялся острый выступ. Стесать такой серьёзный заусенец легко, у него никак не получалось и тогда он попробовал раздробить его молоточком. Однако при ударе по нему, в разные стороны посыпались искорки – заусенец оказался металлическим. Задеринога стал бить сильнее пытаясь загнуть его внутрь, и с четвёртого удара вокруг заусенца отвалился кусок старой штукатурки размером, приблизительно 25 * 35 сантиметров обнажив боковую стенку кованого ящичка между красными кирпичами. Лоб Юрия Григорьевича мгновенно покрылся испариной. От волнения у него задрожали руки.

- Клад!! – пронеслось в его доселе бесстрастном сознании. Он отступил на пару шагов назад, перевёл дыхание и стремглав ринулся с места к входной двери в квартиру, после чего запер её на все замки придвинув к ней тумбочку для обуви. Потом, уже спокойней он прошёл к крану на кухне и, наполнив двухсотграммовый стакан доверху холодной водой, выпил его залпом. Пульс в запястье руки державшей пустой стакан бешено выстукивал темп венгерского «Чардаша». Провозившись с находкой ещё около получаса, Задеринога вытащил из стены прямоугольную ёмкость размером двадцать сантиметров на пятнадцать и высотою приблизительно того же размера. Ящичек, конечно же был закрыт на внутренний замок, но ключ от него привязанный к ручке медной проволочкой, сильно истончал с годами от ржавчины и согнувшись в замочной скважине обломился. Тогда Юрий Григорьевич сделал болгаркой в нужном месте тонкий пропил, поставил ящичек на подоконник, поднял крышку,

и глазам его открылась дивная картина – на красном бархате внутренней обшивки, посверкивая и переливаясь в солнечных лучиках, лежали и (как ему казалось) умилённо улыбались чему-то ровно десять золотых царских червонцев. То удовлетворение, какое он сейчас испытывал, ему наверное не смогла бы принести ни одна из красивейших женщин планеты. Прислонившись спиной к стене, он медленно сполз вниз и присев на корточки заплакал от счастья. Всегда трезвомыслящий и уравновешенный человек Юрий Григорьевич Задеринога, от радости совершенно потерял голову.

- Счастье пришло ко мне, счастье, ну надо же, - пробормотал он себе под нос.

За всю его жизнь, Юрий Григорьевич ни разу не нашёл на дороге и ржавого рубля, не выиграл в Спортлото копейки, сколько не покупал билетов, а тут, такое…

Едва придя в себя, он достал из холодильника одну из двух бутылок «Смирновской», оставшихся от банкета в честь получения ордера на квартиру, и на радостях укушался «вдрызг». Задеринога уже множество раз пересчитал золотые монеты, рассматривая любовно каждую из них в отдельности, изучая мельчайшие царапины на жёлтом металле, потом налюбовавшись, он завернул их в зимнюю варежку и спрятал в кладовке, в носке старого зимнего сапога.

А «стопоря» тем временем, один за другим всё больше и больше распаляли в нём торжественное настроение и без того готовое уже сорвать с круга стрелку спидометра и взлететь над медлительной трассой жизни окрыляя бурную, необъёмную фантазию отставного военнослужащего. Ему казалось (с высоты своего воображения), что где-то там, внизу, сейчас бегает в ожидании шумная толпа нумизматов протягивая вверх руки сжимавшие толстые пачки стодолларовых купюр. Уже на всю мощь, совершенно бесконтрольно орали колонки старого двухкассетного магнитофона «Шарп», и Задеринога громко подпевал никого не стесняясь хриплому голосу Вили Токарева, умолкая только лишь за тем, чтобы принять на грудь новые градусы алкоголя. Насупил вечер и на улице окончательно стемнело. В двери квартиры начали стучаться недовольные соседи, так как на часах было уже 23-00, прося его угомониться и вести себя поскромнее. Однако ж ему теперь был и сам чёрт не брат. Юрий Григорьевич уже не слушал никого, не слышал и не хотел слышать. Счастье затмило разум человека, околдовав его чарами Смирновской водки. Даже ту красивую женщину соседку, с которой он так душевно беседовал сегодня утром, Юрий Григорьевич просто послал на три весёлых буквы, думая в упоении, что уж теперь-то, я найду тысячу таких как она. И наконец, к занавесу сегодняшнего дня, он решил сплясать под бубен, как якутский шаман, взяв в одну руку скалку, а в другую аллюминевый тазик.

- Эх чтоб твою мать, мне на всех теперь нас..ть – орал он пьяным голосом.

Но пение его вдруг оборвал привычный голос звонка прозвучавший как-то строже, чем обычно. Он умолк и опираясь руками на узкие стены прихожей, с трудом доплёлся до двери в квартиру и приоткрыл её. Возле входа стояли и загадочно улыбались два полицейских.

- Ааааа, - потянул он злея, - суки! Фараонов вызвали, - прокричал он стоящим позади их соседям, и тут же получил удар кулаком в нос. Чёрные шторы упали перед глазами бывшего вояки, и он отключился на долгое время из эфира.

-Расходитесь граждане по домам, мы здесь сами справимся, - было последнее, что он слышал проваливаясь в «невесомость».

Солнечный лучик уже нежно ласкал его ресницы, раннее утро и сильная головная боль разбудили нашего незадачливого героя заставив вспомнить о том, что с ним было вчера. Голова его покоилась на белой слегка окровавленной наволочке подушки. Кое-как поднявшись на ноги, он подошёл к зеркалу и не сразу узнал в нём себя. Нос его был сильно распухшим, лицо грязным, а под обоими глазами мрачно сверкали жёлто-чёрные синяки.

- Вот это да, - промычал он, - как же я теперь…

Потом Юрий Григорьевич вернулся назад на диван, лёг и вспоминая до мельчайших подробностей своё вчерашнее поведение, жмурился от стыда и думал о соседях только хорошее, - они ведь добрые люди, они простят и поймут меня, а я обязательно извинюсь перед ними, ну, мол, друзья мои, простите уж, чёрт попутал, и не нарочно же я… Постой! – оборвал он себя, - а она?! – и поняв то, что с ней ему уже ничего не построить, снова встал и пошёл к холодильнику, надеясь, что там ещё осталось немного зелья для опохмелки.

В холодильнике однако, не было больше ничего. Вторая бутылка с оставшимися каплями спиртного стояла на подоконнике у балкона, с которого он вчера поливал матюгами молодожёнов, сидевших на лавочке перед парадным входом в подъезд. Но об этом инциденте он уже не жалел, ибо всё это было мелочью в сравнении с крушением надежд, завести серьёзные отношения с Ниной.

И вдруг как иголками его прошило сознание того, что ведь это ни он вчера закрывал двери, после ухода полиции. Задеринога бросился в кладовку уронив на пол пустую бутылку, нервно разбросал по сторонам стоящую там обувь и запустив руку в старый сапог, пришёл в дикий ужас… В нём ничего не было. Тогда он стал трясти подряд всё ботинки и сапоги, стоявшие в кладовке постепенно понимая, что это финиш, и что его наверное просто ограбили.

- Всё… - обречённо произнёс вслух Задеринога, и обессиленный уселся прямо на пол.

Он сидел и плакал в прихожей, в тот момент когда мимо его двери прошли разговаривая и смеясь о чём-то между собой, молодые супруги, те самые, вчерашние.

- Это они надо мной смеются… Факт.

Юрий Григорьевич истерически рассмеялся, потом встал на ноги, прошёл на кухню, открыл окно нараспашку, влез на подоконник, и, что-то крикнув двигавшимся внизу пешеходам, взмахнул рукой и шагнул в открытое пространство…


 



Последние комментарии

гендерное чудовище?)) ...


Какая прелесть! ...


Это-сильно. Некий философский монолог каждого из нас. Не каждому под силу оглянуться назад... ...


Есть такое понятие, как размер... Увы... ...


Алекса
Очень здоровское стихотворение) Хорошо что есть люди, которые не безразличны к этому маленькому миру) Ведь тот...


Очень здоровское стихотворение) Хорошо что есть люди, которые не безразличны к этому маленькому миру) Ведь тот...


Вступление воспринимается как чтение энциклопедии. Но затем, на удивление, узнаешь, что за немаленьким текстом скрывается...


Dreamer
Пережить можно все. Забыть не всегда, хотя говорят, что время лечит. Лечит, конечно, но...


!!!!! ...


Пережить можно все. Забыть не всегда, хотя говорят, что время лечит. Лечит, конечно, но душу...


Dreamer
Вот эту запретную песню можно как-то с музыкальным сопровождением услышать. Если что, пишите в личку. Здравствуйте...


В-общем, повествование вызывает интерес с точки зрения психологии. Героиня ищет свою нишу в окружающем мире,...


Друг?
10.07.2017 11:50
Dreamer11
Написано больше в публицистической манере с психологическим оттенком. Размышления о дружбе, верности, самопожертвовании ради другого...


Dreamer
Открой секрет - кому посвящение? )
Его нет на этом сайте....


Dreamer
История, видно, длинная ... Кристи надо бы еще похвалить за усердие, беглые мысли, призвать поторопить...