Всё ещё блюз


Просмотров: 1
 0 


Неизвестный1
23.12.2017 23:41

Возле лаборатории экспериментальной генетики стояли двое: высокий худой профессор Никольский и его ассистентка Диана. Взгляды их мучительно соприкасались, и было видно, как трудно им оторваться друг от друга. Сотрудники уже начали привыкать к этой паре. Когда Диана появилась в институте, всем было жалко Никольского. Пожилой человек так ею увлёкся, что сбрил усы, поменял старенькие очки на новые и старомодные широкие брюки на узкие стильные. И всё бы это было хорошо, но вот состояние профессора внушало опасение. То глаза его лихорадочно блестели от радости, то он был так печален и мрачен, что всё забывал и не мог выполнять работу.
- Да, Ромео из меня никакой, впрочем, с другой стороны такое счастье подвалило на старость лет, жаль времени осталось так мало…- думал он.
Соблазнительная и немного дерзкая, Диана была старше его на несколько лет.
- Как ей удаётся так молодо выглядеть? Да, была небольшая пластическая операция, но ведь этого мало, - пытался разгадать Никольский…
Бывает так, что отношения начинаются с первого взгляда, и никто не знает, почему. Диана вошла в его кабинет, и обоим стало так хорошо, как будто они знали друг друга много лет, а может и правда знали? Странно, но они не думали о том, что о них скажут люди, наверное, возраст такой. Люди не стесняются проявления своих эмоций в молодости и, как выяснилось, в преклонном возрасте тоже.
Диана была даром судьбы, ведь Никольский утвердил свою методику омоложения, и она дала разрешение на участие в опыте. В экспериментальной и контрольной группе были пациенты по возрастам. Начали с обширного обследования крови. Как и ожидал профессор, анализ крови Дианы показал расхождение с остальными представителями группы.
Возрастной эндорфинодефицит у неё легко менялся с помощью физических упражнений, музыки, шоколада и других позитивных факторов. В то время как у её ровесников уровень гормонов счастья оставался почти неизменным. Лишь при введении синтетических аналогов удавалось изменить картину. Профессор разработал метод воздействия на геном человека, ожидая, что опыт на Диане даст хорошие результаты.
У неё были большие любопытные глаза, мягкие манеры, она часто хохотала. На лице почти не было мелких морщин, а глубокие морщины были обработаны биогелем. Носила обтягивающие джинсы, декольтированные туники, асимметричную стрижку. Увлекалась ароматерапией и всегда тщательно подбирала духи, изучив все нотки. Для встреч с Никольским она выбрала определённый аромат: личи, имбирь, мандарин с добавлением феромонов. Занималась плаваньем, погружалась в магию восточных танцев и умилительно слушала музыку. Но любая простуда или недомогание Никольского, и движения Дианы становились бесшумными, а в глазах блуждала тревога.
- Диана, милая! Ещё раз подумайте, согласны ли вы будете на продолжение эксперимента? Именно вам я изменю геном. Надеюсь, что удастся не только приостановить дальнейшее окисление организма, но и вернуть функции организма к тридцатилетней давности. Жизнь можно будет продлить, конечно, о бессмертии не может идти речь, мы не отбираем хлеб у фантастов.
Она глубоко вздохнула и прижалась к Никольскому.
- Давайте завтра увидимся, и никаких разговоров об эксперименте, будем просто отдыхать, - он бережно обнял её за плечи.
- Никольский! Ну, наконец-то, совсем не балуешь меня вниманием! - в её глазах загорелись лукавые огоньки.


В институте все собирались по пятницам в конференц-зале. Ничто уже не напоминало, что когда-то в этом здании располагалось мужское училище при лютеранской церкви. Даже мраморные ступеньки, которые, впрочем, были наполовину истоптаны, заменены на новые.
В этих стенах наблюдалась строгая иерархическая лестница, дети богатых родителей и знакомых естественно находились выше, чем остальные. Были и переходы по лестнице, можно было стучать на других или переспать с шефом, и ты уже поднимаешься на одну ступень.
В другие дни труженики растворялись в длинных коридорах своих лабораторий и клиники. Но пятница… это был почти светский раут, часть сотрудников была в белых халатах, зато в другой части женщины демонстрировали деловые наряды, тщательно готовясь к конференции. Кто-то радостно встречался с коллегами и жал руку, но были и те, кто еле сдерживал не самые лучшие эмоции, садясь где-то рядом. Были и воришки от науки, которые откровенно крали чужие разработки и выдавали чужие мысли за свои. Одна из таких воришек Шальнова, сидела в президиуме и вёла это собрание. Да, это не были интриги Большого театра, но ненависть между сотрудниками иногда принимала решительный бой. Увы, люди не совершенны, чужие способности всегда являлись сильной мотивацией для совершения непристойных поступков.
И даже не удачи, а именно интеллект порождает сильную зависть.
Шальнова после конференции подошла к Никольскому:
- Я слышала, что ваше исследование подходит к концу…
- Нет, ещё много работы. Пока результаты получены и очень впечатляющие, но на крысах, а там и методика другая.
В планы Шальновой не входило обнародование этого открытия.
- Чего вздумал, нищебродам продлевать жизнь!
Диана очнулась в белоснежной палате с множеством приборов и датчиков.
Медицинская сестра склонилась над ней, в руках у неё был пузырёк с раствором, и рядом стояла капельница.
- Доброе утро! Я принесу вам завтрак.
Диана пыталась вспомнить, как очутилась здесь.
Да, в субботу гуляла в сосновом бору с Никольским и наслаждалась ароматом хвои, он нежно сжимал её руку и рассказывал о скульптуре Марселя Эме, герой которого навсегда застрял в стене.
Потом они поехали к нему в загородный дом, она приготовила вкусный плов из индейки с добавлением барбариса и шафрана, запивали красным вином, слушали его любимую мелодию Still Got the Blues.
А на утро профессор отвёз её в клинику, потом каталка и …она отключилась.
…В палату вошёл Никольский.
- Диана, как самочувствие? - сказал он вдруг холодным ледяным голосом.
- Хорошо, немного кружится голова и слабость. Когда я смогу ходить?
- Решим по динамике вашего состояния. Всё прошло прекрасно. Поздравляю, через пару недель будет пресс-конференция.
Когда профессор вышел, она попыталась встать, но тут же снова рухнула на кровать. Тогда она попросила зеркало у медсестры.
- Что это? - Диана вскрикнула.
В зеркале было изображение молодой красивой женщины, она сбросила одеяло и стала судорожно ощупывать своё упругое тело…
С обидой и раздражением Диана стала снимать с себя датчики, боль в висках, потом вдруг ощутила себя маленьким никчёмным человечком.
- Вот дурачок, я же всё чувствую! Решил, что я слишком для него молода.
Да я не могу без него…
Успокоившись, она стала рыться в своей косметичке и искать на месте ли её духи.
Институт превратился в живоё существо, дышал и шевелился, ведь сотрудники только и говорили о предстоящей пресс-конференции, ждали учёных и журналистов из многих стран.
В кабинет заместителя директора по научной части Шальновой вошёл её муж, сотрудник спецслужб.
- Не волнуйся, я смогу всё провернуть очень быстро. Но чтобы потом затянуть обследование Дианы, мне понадобится круглая сумма.
- Мы все деньги отобьём, я уже веду переговоры по продаже этого открытия. Никольский многое от меня скрывает, но когда мы спрячем Диану, у него развяжется язык.
Диана начала приготовления к конференции. Слабость прошла, и она крутилась перед зеркалом, разглядывая своё новое тело и лицо. Удалось быстро сбросить вес, кожа лица и шеи волшебно подтянулась, захотелось вдруг больше мясных блюд, хотя в последнее время она предпочитала рыбу.
Десерты, которых она так боялась, вдруг стали поедаться с огромным удовольствием. Не хотелось смотреть телевизор и читать книги, зато всё вокруг вызывало неподдельный интерес. Она не уставала всем делать комплименты, будь-то кофта медсестры или цветы, стоящие в вазе и принесённые кем-то из пациентов.
- Не так уж плохо помолодеть. Ну, Никольский, берегись!
Потом она гуляла по длинному больничному коридору, и все мужчины оборачивались ей вслед.
После обеда вошла Шальнова и двое охранников.
- Диана! Мы вас переводим в другую палату.
-. А где Никольский? И почему охрана?
- Не волнуйтесь, так надо. У вас будет тщательное обследование. Та палата, куда мы вас поместим, лучше оснащена.
Шальнова провела собрание в институте, на которое пригласила корреспондентов из нескольких стран.
- Господа! К сожалению, вынуждена всех разочаровать. Поступила информация, что Никольский представил нам другую женщину. Примите наши извинения, мы обещаем очень тщательно во всём разобраться. Диана помещена в клинику под охраной для установления идентичности.
- Бедная моя девочка! Что я наделал!- сокрушался Никольский, - ведь я должен…должен был предвидеть плохой исход! Зачем мне понадобилось подвергать опасности самое дорогое, что у меня есть? И нужно ли кому-то это открытие вообще? Тоже мне великий учёный!
Ведь я даже не подошёл и подбодрил её после операции. …Испугался её молодости, да грош мне цена.
Психика Никольского переживала мучительное раздвоение.
- Чувствую себя подлецом, всё ещё люблю прежнюю Диану, но уже влюблён в помолодевшую, впрочем, что я говорю. Она стала чувствительнее, часто раздражается, надо продолжать наблюдение, но теперь видимо придётся бежать из страны. В конце концов, я же смогу и на чужбине работать.
Никольский уже три дня не выходил на работу. Сотрудник, который навестил его, рассказывал, что он сидел, уставившись в одну точку, на вопросы отвечал невпопад, глаза были пустые и отрешённые, что-то лепетал себе под нос. Стали поговаривать, что Никольский сошёл с ума.
На четвёртый день он всё-таки явился, больше напоминая свою тень.
- Вас к телефону! - в его кабинет вошла лаборантка.
- Кто это может быть? - подумал Никольский.
- Алло!
- Это - Леонидов. Узнал? Услышал про твою проблему, выступала Шальнова, я знаю, что её муж ни перед чем не остановится, он и меня не раз подставлял. И ещё, не разговаривай по мобильному, тебя наверняка прослушивают. Приходи через час в наш школьный двор. Сможешь незаметно?
Никольский спешно засобирался.
Он подъехал к зданию школы, и прямо сразу из-за деревьев показалась фигура.
- Привет! За тобой не следили? Есть кто-то, кому ты доверяешь и кто вхож в клинику?
- Да, мой ученик Андрей, я ему полностью доверяю.
- У нас очень мало времени, в ближайшее время тебя постараются закрыть, им нужно твоё открытие любыми средствами. Как только освободим Диану, вам надо в этот же день покинуть страну, документы я сделаю. Скорее всего, это будет Доминиканская республика, дом я уже нашёл. И не отчаивайся дружище, держись!
- Я тоже кое-что придумал. Мне нужно спрятаться на неделю, Андрей проведёт на мне операцию омоложения, я долго готовил его, способный малый. А уже потом надо будет освобождать Диану.
Никольский внезапно исчез. Сотрудники ездили к нему на квартиру и в загородный дом. Профессора найти не удалось. Шальнова заметно нервничала.
- Возможно, что-то задумал. Или уехал? Однако Диана на месте, никто к ней посторонний не приходил. Мне бы сообщили. Пропал Никольский, значит и открытие накрылось. Андрея он, конечно, посвящал в некоторые детали, но полностью он не может знать методики.
Андрей уходил из института, оглядываясь по сторонам. В руках у него был доверху набитый портфель.
- Пожалуй, возьму такси, так легче будет затеряться.
Он ехал за город, где в небольшой районной больнице уже ждал его Никольский и заведующий хирургическим отделением. Под видом плановой операции Андрей повторил уникальный эксперимент своего учителя.
Никольский открыл глаза. На него, улыбаясь, смотрел Андрей.
- Всё хорошо. Через два-три дня уже сможете подняться с кровати и добраться до аэропорта.
Как себя чувствуете?
- Спасибо, Андрей! Слабость, а так настроение прекрасное.
Лёжа, профессор разглядывал себя в зеркале.
- Да, морщины ушли. Кожные покровы изменились. Тело как будто не моё. Жаль, что не могу провести обследование. Но нервная система явно страдает, меня всё раздражает. Пройдёт. Я так хочу её увидеть. Милая, как ты там? Я даже не могу тебе позвонить, - думал Никольский.
Через два дня Андрей в сопровождении охранника повёл Диану на ультразвуковое обследование. Находящаяся там врач, рискуя собственной репутацией, помогла Диане переодеться.
- Желаю вам благополучно добраться. Привет профессору.
Через пять минут из кабинета вышла яркая блондинка в белом халате и в очках. Охранник не обратил на неё никакого внимания. Женщина спешно направилась к запасному выходу, где её уже ждал Леонидов.
- Диана! Рад с вами познакомиться. Я знаю Никольского ещё со школьной скамьи. Он ждёт нас в аэропорту. Не удивляйтесь, ведь Андрей вас оповестил, что изменил Никольскому геном.
Аэропорт Домодедово. Все аэропорты имеют характерный запах, пожалуй, это запах кофе, смешанный с ароматом дорогих отелей. Табло придаёт таинственность, а огромные панорамные окна вселяют робкую надежду на лучшую жизнь в души снующих с чемоданами людей, особенно тех, кто коим-то образом подкопил деньжат и едет куда-то очень далеко, с невероятным любопытством рассматривая своих более успешных сородичей, тех, для кого аэропорт - отец родной. Супружеская пара проходила таможенный контроль, вызывая, всеобщее внимание. Высокий молодой мужчина с тёмными бархатными глазами, но почему-то с седыми волосами пытался что-то сказать своей жене, которая была чем-то расстроена, и не хотела смотреть на своего мужа. Её тяжёлая походка никак не сочеталась со стройностью её фигуры. Да и у мужчины были замедленные движения, видно было, как трудно ему ходить.
Но это не вызвало подозрение у таможенников, и пара благополучно отправилась к трапу самолёта.
- Господи! Всё кончено. Его больше нет. Этот мужчина, чужой, он не нужен мне. Не хочу больше жить! Никольский, что ты сделал?!
На какое время она не смогла сдержаться, и крупные слёзы посыпались из глаз.
- Она плачет, а я не могу её утешить, меня не любят…
Вся жизнь пронеслась у него перед глазами.
- Я - обыкновенный неудачник. А ведь был счастлив, и что сейчас? Двое несчастных покидают родину…
Диана нашла свою косметичку и поправила макияж.
- И что я на него взъелась? В любом случае он не виноват, трудно предвидеть всё…
Она боковым зрением стала рассматривать своего спутника.
- А голос у него не изменился. Да и манеры те же.
Стюардесса разносила напитки. Диана наклонилась за соком и немного облокотилась на
Никольского.
- Странно, так приятно.
Оставшиеся часы они уже летели, обнявшись и мечтая скорее добраться до места.
И вот уже такси мчит их к дому. Они не рассматривают окрестности, их больше интересует, когда же они наконец останутся одни и начнут судорожно раздеваться, ведь оба они хотели одного и того же…
***
Прошло пять лет. К берегу океана каждый день приходит молодая женщина под руку с пожилым мужчиной. Он прихрамывает и ходит с палочкой. Они медленно раздеваются, и она ведёт старика плавать. Морская вода облегчает его боли в суставах.
- Дианочка, родная! Пообещай мне, что когда я умру, ты вернёшься в Россию и отдашь мои наработки Андрею прямо в руки. Парень что-то напутал, когда изменял мне геном, ну да ладно.
- Котик, конечно, всё сделаю. Какой фреш тебе приготовить? Из маракуйи или гуавы?
После плавания они подолгу сидят возле берега, обнявшись и вглядываясь в загадочные волны океана, а из дома часто доносятся звуки блюза Still Got the Blues.


 



Последние комментарии

Алла Авдеева автор на Проза.ру ...


Алла Авдеева автор на Стихи.ру ...


Алла Авдеева автор на Стихи.ру ...


Алла Авдеева автор на Стихи.ру ...


Автор на Стихи.ру ...


Неизвестный
Алла Авдеева

...


Алла Авдеева ...


Dreamer
После прочтения тихой грустью отозвалась душа, будто теплые лучики солнца сквозь пелену облаков...


Dreamer
После прочтения тихой грустью отозвалась душа, будто теплые лучики солнца сквозь пелену облаков...


Вторая половина последней части получилась несколько смазанной. Будто автор спешил расправиться с этой историей и...


Привет, niki! Давненько не заглядывала) Начал читать твой опус. Как всегда -жизнь нараспашку, искрометный юмор,...


Такое есть у всех! Надо просто стараться быть добрым. ) ...


Слово "пошлите" лучше избегать, правильнее применять слово "пойдёмте". Режет ухо... Но, в целом, весьма задорно, даже...


Гала
Вот не сочти за комментарий, просто три копейки в тему. Мой отец, рассказывая о своей...


Вот не сочти за комментарий, просто три копейки в тему. Мой отец, рассказывая о своей матери,...